Европейские правоохранительные органы взялись за Норебо

Виталий Орлов создал собственный Ландромат

В последние годы все чаще достоянием широкой публики становятся истории о многогранной деятельности российских бизнесменов во вполне приличных, казалось, бы странах. Если за такими историями следить чуть более пристально, то они становятся похожими уже на авантюрные романы. Вот таким образом разворачиваются и приключения «рыбного короля» Виталия Орлова.

Бизнес Орлова, как водится, начался в 90-е на руинах мурманских рыбопромысловых совхозов, и цивилизованную форму принял далеко не сразу. За прошедшие двадцать лет вокруг созданной им корпорации Норебо было много скандалов, самый громкий из которых в 2017 году вылился в иск другого акционера, Александра Тугушева, в лондонский суд. После этого интерес к мурманской рыбной промышленности и к личным финансам самого господина Орлова (между прочим, долларового миллиардера) уже не угасал.

Исландская газета Stundin в начале ноября этого года вышла с разгромным материалом (https://stundin.is/grein/9920/), объясняющим как скандинавские схемы Норебо привели к обвинениям крупнейшего исландского рыбопромышленного холдинга Samherj в отмывке капиталов Виталия Орлова. Активная отмывка привела к блокировке норвежским банком DNB NOR счетов Cape Cod FS — компании, связанной с Samherj и, вероятно, с самим Орловым. Всего с 2011 по 2018 год через норвежский банк было выведено более 70 млн долларов, — эти средства под разными предлогами перечислялись в офшоры, и далее зачастую использовались в качестве взяток в других регионах (прежде всего, в Африке). Бенефициары главной отмывочной компании, Cape Cod FS (Маршалловы Острова), правоохранительными органами так и не установлены, но известно, что речь идет о неких загадочных «русских». И вот здесь опять появляется господин Орлов.

В 2011 году в Samherj и ее дочернюю компанию Katla Seafood (Канарские Острова) в качестве топ-менеджера пришел некий Brynjar Porsson. Господин Порсон отвечал за те самые транзакции, которые сейчас признаны отмыванием «грязных» денег. В 2013 году Katla Seafood была выкуплена господином Орловым, а господин Порсон предпочел оставить свой пост в Samherj и остаться в Katla Seafood, — теперь уже дочерней компании АО «Мурманский траловый флот» (то есть, уже и официально начал работать на Орлова). Стоит вспомнить, что у Норебо есть выделенное структурное подразделение (Norebo Africa), отвечающее за этот континент, и наличие там бизнес-интересов Орлов не отрицает. Stundin цитирует господина Броудера, который напоминает, что скандинавские банки традиционно широко используются российскими олигархами и криминалитетом для отмывания незаконных доходов, — в том числе, потому что для этих стран поток российских денег слишком важен, чтобы от него отказаться. Вывод напрашивается сам – скандал вокруг Samherj в действительности связан с Орловым и его активами в Скандинавии и Африке.

Случай с Cape Cod FS оказался настолько экстраординарным, что компетентные органы все-таки были вынуждены отреагировать – Надзорный Финансовый Орган Норвегии (Financial Supervisory Authority of Norway) заявил, что в отношении вовлеченных компаний не осуществлялись необходимые меры для предотвращения легализации средств, нажитых преступным путем. Это стало первой официальной реакцией на отмывание денег компаниями Орлова – но, вероятно, не последней.

Например, теперь мы знаем, что мурманский олигарх выводит свои капиталы еще и через Швейцарию и Люксембург, а дальше его деньги оказываются в Гонконге, на BVI и в Панаме (в тех самых фондах, братья-близнецы которых послужили поводом для скандала с Панамским досье). Но как же так получилось? И стоит ли ждать нового скандала, — скажем, Швейцарского досье?

Итак, в личных интересах Виталия Орлова используются, в том числе, три компании – Romanov Invest Limited, Campboard Holding S.A., и VOS Heritage Foundation (Vitaly Orlov and Sons).

C 2006 года за Romanov Invest Limited отвечала люксембургская юридическая фирма Tabery & Wauthier – партнеры фирмы имели право подписи на банковских документах, а их почтовый адрес был указан в качестве контактного адреса компании. С этого же времени и до 2009 года в качестве акционеров компании были зарегистрированы анонимные лица, почтовый адрес которых, тем не менее, совпадал с Tabery & Wauthier. С 2009 года единственным акционером Romanov Invest Limited стала панамская компания Campboard Holding S.A., от имени которой, однако, выступали все те же джентльмены. 

В случае с VOS Heritage Foundation (создана в 2010 году и изначально называлась «Виталий Орлов и сыновья») связь с Орловым никто и не собирался скрывать, — это видно уже из названия. Однако, видимо, по старой привычке все роли в фонде распределены между номиналами – Naiman Consulting AG (Люксембург), Royal Oaks Wordwide Inc. (Панама), и Иваном Кауфманом (Лихтенштейн). Интересно, что последний входит в советы директоров 56 различных швейцарских компаний и одновременно возглавляет Naiman Consulting AG.

Еще одна юрисдикция – Гонконг — использовалась одновременно как налоговая гавань для бизнеса Норебо и один из способов скрыть активы Орлова. Здесь даже случилась рокировка почти в кремлевском стиле, — некий господин Мансфилд, уроженец Швеции, долгие годы был топ-менеджером гонконгской компании TTC (она использовалась Норебо для организации схем трансфертного ценообразования, и ее акционером оказалась VOS Heritage Foundation). В 2011 году он внезапно ушел в отставку и создал на свое имя с помощью регистратора TTC новую компанию – Troy Solution Limited, которая использовалась для организации личных финансов господина Орлова. Потом компания была переименована в Primest Capital Hong Kong Limited, хотя Мансфилд почему-то предпочитает утверждать, что это новая компания (возможно, виной этому какие-то загадочные операции «первой» компании, от которых сейчас время открестится).  В 2016 году он триумфально вернулся в TTC в качестве директора и теперь заведует одновременно и личными и корпоративными финансами господина Орлова. Разумеется, никаких деклараций о возможном конфликте интересов господином Мансфилдом не подается.

И, надо сказать, все это очень странно. Мансфид не является номинальным директором или управляющим трастом – напротив, он топ-менеджер в компаниях группы Норебо, то есть, управляет конкретным бизнесом. И тут внезапно, по какому-то невероятному стечению обстоятельств, господин Мансфилд начинает свой собственный бизнес в той же сфере, в которой трудится наемным управленцем. Тут же получает в свое распоряжение громадные деньги человека, выступавшего для него работодателем, и потом возвращается на директорскую позицию в Норебо. Так можно ли считать, что речь шла действительно о фондах для управления личными активами Орлова, или это опять отмывка и сокрытие доходов последнего?

В сухом остатке получается, что помимо откровенно оффшорной (и по факту черной) панамской юрисдикции, мурманские рыбаки для своих мутных дел используют Лихтенштейн, Люксембург, Швейцарию и Гонконг. В этих странах располагаются компании, выступающие как номинальные акционеры и управляющие компании фондов Орлова, юридические фирмы, обеспечивающие их деятельность, обслуживающие банки и личные кошельки миллиардера – Кауфман, Порсон и Мансфилд.

Это тоже удивительно по двум причинам. Во-первых, очень вряд ли панамские фонды используются российским бизнесом из-за исключительной любви к Центральной Америке. Панама задействуется в тех случаях, когда надо скрыть откуда появились деньги и место где они хранятся – чтобы не платить налоги или отмыть неправедно нажитое (а чаще и то и другое одновременно). Разумеется, ни в одной стране это никогда не было секретом ни для финансовой полиции, ни для банковского надзора, но после Панамских досье операции через эту страну стали уже совсем откровенным моветоном (и маркером нечистых рук участников схем тоже).

Во-вторых, не случайно мы начали с воспоминания о лондонском суде между Орловым и Тугушевым. В ходе спора между этими уважаемыми господами, английский суд уже успел один раз арестовать все имущество Норебо и предписал раскрыть сведения о всех активах и Норебо и Орлова. И этот тот случай когда плохая память европейских финансистов и юристов фондов Орлова может обернуться для них совсем уж серьезными проблемами (у британской юстиции, как известно, длинные руки). А значит, нам стоит ждать очередного скандала вокруг вновь обнаруженной прачечной, но только на этот раз в респектабельных европейских странах. Результат в таких случаях один – умопомрачительные штрафы для участников ландромата, ужесточение регулирования в отметившихся странах и глобальные санкции для бенефициаров схем (в нашем случае, очевидно, для господина Орлова). По-другому и быть не могло, — ведь владельцы мурманского бизнеса из 90-х решили, на радость достопочтенной публики, посудиться в такой стране как Англия.

Как мы видим, ландроматы Орлова действуют, как минимум, в Норвегии, Исландии, Лихтенштейне, Люксембурге, Швейцарии, Гонконге, Панаме, BVI, — в любой из этих стран есть органы, отвечающие за привлечение к уголовной ответственности лиц, причастных к легализации. То есть, в любой момент в каждой из поименованных стран могут появиться уголовные дела против Орлова и его помощников. А есть еще Великобритания, где Орлов, как достопочтенный миллиардер, должен выглядеть честным человеком, а не серийным махинатором . Вопросы могут быть и у российских правоохранителей, — включил ли Орлов эти фонды в декларации, подаваемые в ходе амнистии капитала? Или тоже забыл?

Томас Гордон

rucriminal.info

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *