Фильтр и ныне там. Как Памфилова и Кириенко провалили смягчение избирательного законодательства

В июне стартовала избирательная кампания глав 16 регионов, 13 региональных парламентов и огромного количества муниципальных выборов, которая закончится 8 сентября единым днем голосования. Три года назад, когда главой ЦИК была избрана Элла Памфилова, она объявила о своем желании улучшить законы о выборах в интересах избирателей. После того, как с этой целью была создана рабочая группа во главе с Сергеем Кириенко, у некоторых экспертов были иллюзии, что работа закипела. Однако, участник этой рабочей группы, член научно-экспертного совета при ЦИК, Аркадий Любарев рассказал The Insider, почему эта работа ни к чему не привела, а новые выборы пройдут в старой «атмосфере деградации» и под полным контролем партии власти.  

Теперь уже можно точно констатировать, что борьба за демократизацию избирательного законодательства, которую вместе вели Элла Памфилова, общественность, эксперты и оппозиция, кончилась полным провалом. Договоренности, достигнутые в рамках рабочей группы Сергея Кириенко, не исполнены. Муниципальный фильтр не снижен. О более серьезных изменениях представители «партии власти» даже не хотят слышать.  

Нынешний чрезмерный муниципальный фильтр на губернаторских выборах имеет четыре линии «защиты» от нежелательных для партии власти кандидатов:  

1)  сбор подписей муниципальных депутатов, а также избранных глав. Регионы устанавливают количество этих подписей: от 5 до 10% муниципальных депутатов должны подписаться.  

2) в тех же пределах должны быть собраны подписи депутатов более высокого уровня — городских округов и муниципальных районов.  

3) подписи должны быть собраны в не менее чем трех четвертях округов и районов. Это один из сложнейших барьеров. К примеру, в Москве у Дмитрия Гудкова на выборах мэра было достаточно лояльных депутатов, но они были сосредоточены в не очень большом круге оппозиционных районов, и собрать подписи в трех четвертях московских районов не удалось. Такая же ситуация часто бывает у КПРФ, которой в регионах сочувствуют многие депутаты, но они редко могут покрыть три четверти районов и округов.  

4) муниципальный депутат может отдать только одну подпись для муниципального фильтра, а вторая уже отвергается.  

Совокупность барьеров приводит к тому, что собрать подписи можно только с санкции губернатора, который при этом сам идет на выборы, будучи заинтересованным лицом. И руководство просто указывает, кого оно хочет видеть на выборах, а кого — нет.  

Нашей задачей было отменить или смягчить эти барьеры, прежде всего два последних: насчет трех четвертей и насчет подачи одной подписи. Но именно за эти два ограничения насмерть стояла «Единая Россия». Что же касается процентов, то Памфиловой в этом году, казалось бы, удалось договориться с властью, чтобы максимальный барьер не превышал 5%. Однако договоренность эта так и осталась на словах.  

Были и другие цели: например, 5 лет назад было установлено, что на выборах в Госдуму и региональные парламенты нужно собирать 3% подписей от списочного состава всех избирателей. Это огромнейшая цифра, с учетом пассивности людей и летнего времени сбора подписей. Мы об этом тоже всё время говорили, но и здесь власть не пошла на снижение.  

В 2016 году были введены жесткие ограничения на назначения наблюдателей: в частности то, что их список нужно подавать за 3 дня до голосования. На президентских выборах его сняли, а на остальных оно осталось. В этом году была договоренность об отмене данного ограничения и на остальных выборах, но и это не удалось реализовать.

Элла Памфилова и Сергей Кириенко 

Когда в марте 2016 года пришла Элла Памфилова, она быстро сориентировалась и заявила, что избирательное законодательство нужно демократизировать. Было сразу понятно, что это просто мнение, поскольку у ЦИКа нет даже законодательной инициативы. Поэтому она вела переговоры с администрацией президента и самим президентом, попросив его создать рабочую группу. Такую группу создал Сергей Кириенко. Однако группа долгое время вообще не работала, поскольку всеобщее внимание было к президентским выборам, ничем другим никто не занимался.  

Прошлой осенью было заявлено: мы можем приступить к работе над законодательством. И на первых же заседаниях рабочей группы выяснилось, что «Единая Россия» никаких изменений не хочет. Началось это с обсуждения единого дня голосования в сентябре, который не устраивает ни избирателей, ни комиссии, ни кандидатов. Но зато «ЕР» в лице руководителей комитетов Госдумы сразу жестко настояла на том, что перемен они не хотят.  

Мне неизвестны детали переговоров Памфиловой с Путиным, но на их встрече в январе было решено что-то изменить. Затем в рамках группы Кириенко, в которой я участвую, было решено снять ограничения на назначения наблюдателей и смягчить муниципальный фильтр, но потом вдруг оказалось, что законопроекты с такими предложениями никто не вносит, а когда оппозиция внесла их в качестве поправок, «Единая Россия» проголосовала против.  

Владимир Путин встречался с Эллой Памфиловой 24 января нынешнего года. Ощутимых результатов эксперты не видят

Во время дискуссий по поводу рабочей группы никаких содержательных аргументов я не услышал — звучат общие слова: «Фильтр нужен». Когда им говоришь, что 10% — это очень много, говорят, ну да, многовато, надо снижать. А когда выясняется, что никакого снижения не происходит, звучат объяснения «надо было вносить консолидированно четырьмя фракциями, а мы одни не будем», но и это лукавство, потому что важно не кто внес, а кто голосовал. А Элла Памфилова, высказывая сожаление, что ничего не получается, несколько раз обвиняла в этом оппозицию, которая якобы не проявляет достаточно усердия, — как будто непонятно, что все решают «Единая Россия» и администрация президента.  

Содержательных аргументов нет. Звучат общие слова : «Фильтр нужен»

Странные аргументы звучат и по поводу двухкратных подписей, которые могли бы давать муниципальные депутаты. Мол, в этом случае можно покупать депутатов. Но ведь их можно покупать и с одной подписью? И если вы говорите об опасности покупки депутатов, тогда муниципальный фильтр нужно отменять вовсе! При этом абсолютно все знают, как в реальности собираются эти подписи: из администрации губернатора дается команда, за кого нужно отдать подписи, включая спойлеров — «соперников» губернатора. Людей собирают и ведут к нотариусу, где они ставят подписи, иногда даже не зная, за кого. А за нежелательных кандидатов запрещают отдавать подпись прямыми угрозами.  

Формально по конституции администрация президента лишь помогает ему исполнять полномочия гаранта, выполнять функции арбитра. Формально Кириенко так и поступает, организуя эти рабочие встречи, где вроде бы выступают и представители фракций, и эксперты, и ведомства. Идет обсуждение! Но сам он при этом устраняется, и как только «Единая Россия» на что-то не идет, значит всё.  

На нынешних выборах фильтр в 5% установлен только в Республике Башкортостан, Волгоградской, Курганской и Оренбургской областях. 6% в Ставропольском крае, Курской и Липецкой области; 7% в Республике Алтай, Астраханской, Вологодской, Мурманской и Челябинской областях; 8% в Забайкальском крае; 9% в Республике Калмыкия; 10% в Сахалинской области и Санкт-Петербурге. При этом только в Курганской и Липецкой областях его в этом году снизили — и всего на 1%, в остальных регионах размер фильтра остается прежним.

Питер можно поздравить: бывший флагман демократии скатился далеко вниз (в Москве, впрочем, тоже). Нет сомнения, что десятипроцентные фильтры обусловлены страхом перед протестными настроениями.  

Питер можно поздравить: бывший флагман демократии скатился далеко вниз

В итоге на новом этапе избирательного цикла мы имеем продолжение того, что происходит в России последние 20 лет, — деградацию избирательной системы. Был один всплеск и попытки либерализации после Болотной, но он быстро сошел на нет.

В наших выборах два главных дефекта: 1) подавление конкуренции через отказы и отмены регистрации и 2) фальсификации. С остальными дефектами как-то можно жить, а эти смертельны. Первый дефект можно преодолеть только через изменение законодательства. И пока ничего не получается. В борьбе со вторым дефектом главное — практика. Но и здесь я не вижу успехов. Даже самые робкие попытки ЦИК встречают противодействие полиции, прокуратуры, СК и судов.

Вместе с деградацией выборов деградирует и власть: во главе регионов оказываются слабые люди, не умеющие выстраивать отношения ни с элитами, ни с гражданами, и просто не могущие работать эффективно. Казалось бы, власть сама должна быть заинтересована в обратном, но почему они этого не понимают, в свою очередь не понимаю и я.

Аркадий Любарев — член научно-экспертного совета при ЦИК, председатель межрегиональной общественной организации «Экспертный форум „Законы о выборах — для избирателя“»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *