Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман дал волю своей двойственности

Соткан из противоречий

Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман дал волю своей двойственности

Наследный принц Мухаммед бен Салман — реформатор или реакционер? Дело в том, что фактический правитель Саудовской Аравии может быть и тем, и другим. Такой ответ не устраивает как сторонников, так и противников принца, но такова объективная реальность.

Когда Мухаммед бен Салман находился под особенно пристальным наблюдением международной общественности из-за убийства журналиста Джамала Хашогги в конце 2018 года, принц (возможно, самая важная фигура на Ближнем Востоке) дал волю обеим сторонам своей публичной персоны, реализуя как реформы, так и репрессии.

Эта двойственность отчетливо прослеживается в одном из его интервью, когда он одновременно признал и отверг причастность к убийству Хашогги: это произошло «под моим контролем», признал он, но затем попытался снять с себя вину, заявив, что не может знать, что делают все 3 миллиона правительственных чиновников. Саудовское расследование, за которым последовало непрозрачное судебное разбирательство, привело к вынесению приговоров, но нет никакой уверенности, что правосудие свершилось. Для протокола докладчик ООН, расследовавший убийство, сказал, что принц Мухаммед «несет ответственность за убийство», и ЦРУ считает, что он отдал приказ.

Кроме того, в программе социальных реформ МБС ощущалась некоторая двусмысленность, когда два шага вперед в некоторых областях — например, смягчение законов об опеке над женщинами и нормативных актов, предусматривающих гендерную дискриминацию при посещении ресторанов, — сопровождались шагом назад в других. Арест интеллигенции в конце ноября повторил шокирующее задержание активисток движения «За права женщин» в прошлом году, всего за несколько недель до того, как принц отменил запрет на вождение автомобиля женщинами.

Смотрите также:  СБУ проводит массовые обыски по делу свояка Нефедова

Таким образом саудовцы могут наслаждаться такими ранее запрещенными развлечениями как рок-концерты, но на самом деле свобода остается все такой же далекой.

Другим важнейшим событием, в котором также прослеживалась неоднозначность принца, стал выход на биржу Saudi Aramco. Это центральный фрагмент плана «Видение-2030», и он приложил немало усилий для достижения оценки в $2 триллиона. Хотя целая батарея международных банкиров убедила его в том, что эта цель достижима, иностранные инвесторы оказались сдержаны. В конце концов «Арамко» пришлось умерить свои аппетиты.

Если и была какая-то область, в которой MBS действовал по другому, то это внешняя политика, и даже там речь шла не столько о том, что он не делал, сколько о том, что он не делал. Саудовская Аравия не повторила свои дипломатические конфликты с Канадой в 2018 году или ссору с Германией в 2017 году.

Обе эти размолвки были результатом чрезмерной реакции Саудовской Аравии на мягкую критику. В этом году MBS отреагировал с обнадеживающей осторожностью на гораздо большую провокацию: нападение Ирана на нефтяные установки Саудовской Аравии, которое сократило добычу нефти в королевстве вдвое. Возможно, MBS удерживало от агрессивного ответного удара неопределенность относительно того, присоединятся ли США, его главный союзник, к новой войне на Ближнем Востоке — или уверенность в том, что этой войне будет рада Исламская Республика.

Смотрите также:  Ахметов и Колесников открестились от сотрудничества с Манафортом, остальные упомянутые украинцы молчат

Суровая политическая реальность может также объяснить усилия по прекращению одной из ранних глупостей MBS, возглавляемой Саудовской Аравией войны против повстанцев-хуситов в Йемене; по истечении почти пяти лет военная кампания так и не дала результатов. В конце прошлого года появилась надежда, что блокада Катара, еще одна оплошность принца, может быть отменена. Возможно, MBS наконец понял, что меньшее королевство нельзя заставить подчиниться.

Реализм — это признак зрелости; в 2020 году регион в целом получит от него больше пользы. Самой большой внешнеполитической задачей МБС в новом году будет реальная оценка воинственности Ирана. Принц может начать играть мускулами из-за размещения большего количества американских военных с целью «обеспечения и укрепления обороны Саудовской Аравии», но он должен знать, что президент США Дональд Трамп не заинтересован в новой войне в год выборов. Дипломатический прорыв с Тегераном трудно себе представить, но Эр-Рияд может не обострять обстановку до тех пор, пока не случится новых нападений на его нефтяные объекты или судоходство.

Дома принцу пора вернуться к экономическим основам своего плана «Видение-2030»: сделать королевство менее зависимым от нефтяных доходов и отучить свой народ от щедрых государственных субсидий.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *